Николай Чудотворец

ГлавнаяЖитиеЧудесаИконыМолитвыРазное

                                         Да воскреснет Бог и расточатся врази Его...


 

Книга "Святитель Николай Чудотворец", составители - Андрей Вознесенский, Фёдор Гусев.

Издание Сретенского монастыря, Москва, 2005 г., 664 стр.).

 

 

 

ЧАСТЬ I

ЖИТИЕ И ЧУДЕСА СВЯТИТЕЛЯ НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА

(Фёдор Гусев)

Введение

Литературная история Жития святителя Николая. — Древнейшие греческие источники Жития. — Метафрастово житие Чудотворца. — Греческие списки «Иного жития» святителя — Фалькония (Ватиканская библиотека) и архимандрита Антонина (библиотеки лавры Святого Саввы и Синайского монастыря). — Вопрос о личности Чудотворца в его Житии, два лица с именем святителя Мирликийского (святого Николая отца, IV в., и святого Николая Пинарского, VI в.). — Решение этого вопроса архимандритами Антонином и Леонидом. — Русская редакция «Иного жития». — Позднейшая народная редакция Жития. — Житие святителя в рукописных Четьих-Минеях митрополита Макария. — Первопечатные Жития. — Житие в Четьих-Минеях святителя Димитрия Ростовского и другие. — Источники сведений о событии перенесения мощей святителя из Мир Ликийских в Барград — сказания западных писателей: клирика Никифора, Иоанна, архидиакона барского, и Иордана, монаха францисканского. — Время и причины учреждения в России празднества в честь перенесения мощей святителя.

 

 

Память о святой жизни столь великого угодника Божия, каким был святитель Николай Мирликийский, Чудотворец, и о многочисленных чудесах, совершенных им при жизни и после смерти, естественно сделалась для благочестивых потомков предметом самого благоговейного почитания и в скором времени была увековечена письменно в древнехристианской агиографии. Уже в VI веке мы находим несомненное свидетельство о существовании записи деяний святителя Николая у Евстратия, пресвитера константинопольского, жившего при патриархе Евтихии (+ 582). У него в трактате о состоянии умерших после сей жизни (1) в опровержение мнений о том, что души человеческие по разлучении с телом ничего не делают, приводится свидетельство из жизни святителя Николая, из коего несомненно видно, что он был епископом в Мирах Ликийских при императоре Константине.
------------------------------
(1)Трактат помещен Львом Алляцием в книге о согласии Церквей Восточной и Западной касательно чистилища (1655 г.) и затем в 27-м томе Bibl. Patrum.

------------------------------

 


«Такого рода событие, — говорит Евстратий, — мы находим и при Константине Великом, царе, которое волей Божией совершил святой епископ Ликии Николай; ибо в его Житии повествуется следующее: некто Непоциан...» и проч., далее говорится об известном явлении святителя Николая Константину Великому во сне. В начале VIII века находим похвальное слово святителю и Чудотворцу Николаю, произнесенное святым Андреем Критским (+ 712) в соборном храме города Миры. В этом слове (1) святой Андрей Критский называет праздник во имя святителя Николая священным и всепразднственным и говорит, что в этот день происходят многочисленные собрания верующих в храме святителя. В слове он упоминает о явлении святого во сне царю и об избавлении через то несправедливо осужденных от смерти; о том, что он оказывает помощь призывающим его на море в бурю; о том, что он, явившись корабельщикам с грузом хлеба, убедил их плыть в Адриатскую пристань и избавил через то свой народ от голода; о том, что он обратил от ереси маркионитов блаженной памяти Феогния, епископа их (2).
Около половины IX века явилось похвальное слово святителю Николаю патриарха Мефодия, который главенствовал над Константинопольской Церковью с 842 по 846 годы, затем около 860 года — похвальное слово святителю Николаю Иоанна, диакона Неаполитанской Церкви, и в конце IX века (после 890 года) — похвала святителю Николаю, написанная Львом Мудрым. В начале X века (после 912 года) Симеон Метафраст по приказанию Константина Порфирородного составил из предшествовав-ших ему источников полное житие святителя Николая (начинающееся словами Σοφόν τι), печатающееся в славянском переводе в службе святителю Николаю. Краткие сказания о деяниях святителя Николая с изображением его были внесены в месяцесловы (menologia) — Греческий, Базилианский и др. В месяцеслове Греческом святитель Николай изображается с открытой, испускающей лучи головой, круглой бородой, в епископском одеянии и
---------------------------------------
(1) Помещено в русском переводе в Христианском чтении. 1834. Ч. IV.
(2)  Curs, complet. Patrolog. Migne. Т. 97. P. 1199, по указанию в «Полном месяцеслове Востока» архиепископа Сергия (Спасского).

---------------------------------------

 


мантии, правой рукой благословляет по греческому обычаю и в левой держит закрытую книгу. Так же он изображен и в месяцеслове Базилианском (вышедшем около 980 года). Здесь под изображением его находится следующая подпись: «При императоре Константине Великом процветал этот великий Чудотворец, епископ в городе Ликийские Миры. Сначала, ведя монашескую жизнь, всем своим духом он устремлялся на добродетели. Потом, поставленный епископом, совершил много чудес. Ибо избавил трех мужей от смерти, которые, ложно обвиненные, уже приведены были на место казни; когда уже меч занесен был над их шеями, он освободил их от руки палача. Так же другие, ложно оклеветанные префектом Авлавием в заговоре на императора Константина, заключенные в темницу и присужденные к смерти, призвали святителя Николая, который, явившись во сне императору и Авлавию, приказал отпустить невинно осужденных. Совершив много и других чудес, он скончался». У Фабриция указываются еще акты о святителе Николае Никиты Пафлагонянина (+880) и двоих неизвестных.
Вот те греческие источники, которые до начала прошедшего столетия лежали в основе Жития святителя Николая Мирликийского, Чудотворца.
В начале восемнадцатого столетия (1721 год) латинский епископ Фальконий нашел в Ватиканской библиотеке, в одном из греческих манускриптов, акты о святителе Николае чудотворце, епископе Пинарском (Ликийская область), из архимандритов Сионского монастыря, по хронологическим данным (та же рукопись) (1), жившем в VI веке при императоре Юстиниане Великом, — акты, будто бы до Фалькония никому не известные. Признав эти акты

-------------------------------
(1) «Скончался же Божий раб и преподобнейший епископ Николай, по Божию человеколюбию, месяца декабря 6, в среду, индиктиона 13, в Царствование христолюбивого нашего царя Юстиниана в 18-й год, при преподобнейшем архиепископе и патриархе Макарии». После слова «декабря» есть подчистка (rasura), весьма глубокая, и нет возможности дознаться, какое слово было некогда на ее месте. Теперь же там читается цифра στ (6). Новооткрытые акты напечатаны Фальконием в 1751 году в Неаполе. В русском переводе они помещены в Трудах Киевской духовной академии за 1869 год, в статье архимандрита Антонина (Капустина), откуда и сделана вышеприведенная выдержка.

-----------------------------

 


за первоначальные и единственно достоверные, Фальконий с радостью поспешил отвергнуть, как вымышленные, все прочие сказания о жизни, деяниях и чудесах досточтимого во всей Православной Церкви святителя и Чудотворца Николая, архиепископа Мирликийского (одного из 318 отцов Первого Вселенского Собора), жившего, как известно, в III—IV веках при императорах Диоклетиане и Константине Великом.
Конечно, такой резкий вывод, объясняемый увлечением Фалькония вновь открытым памятником и явно противоречащий указанным выше свидетельствам о личности святителя Николая при Константине Великом (свидетельства Евстратия и святого Андрея Критского), не был принят ни в западной литературе (его опровергает Иосиф Ассеманий в Kalendaria ecclesiae universae), ни в нашей(1). Но все-таки открытый Фальконием список «Иного жития» внес большие трудности в понимание личности прославляемого Православной Церковью святителя Николая Мирликийского, Чудотворца. Первым поднявшим в нашей русской богословской литературе вопрос о личности святителя Николая, в связи с открытием Фалькония, был архимандрит Антонин (настоятель православной миссии в Иерусалиме), посвятивший занимающему нас вопросу две статьи в Трудах Киевской духовной академии(2). В одной из этих статей(3) архимандрит Антонин поместил и свой русский перевод «Жития и чудес святителя Николая» по ватиканскому списку, открытому Фальконием.
Во второй статье(4) архимандрит Антонин описывает уже свою радость по поводу найденных им в библиотеках — сперва Палестинской лавры Святого Саввы Освященного, а потом в библиотеке Синайского монастыря — греческих рукописей, в которых, наряду с другими статьями о святителе Николае Чудотворце, помещены те же самые

------------------------------------------
(1) Архиепископ Сергий (Спасский) в «Полном месяцеслове Востока»
пишет: «Фальконий в 1751 году издал особую книгу о святителе Николае, но впал в грубую ошибку, слив святителя Николая Мирликийского с Николаем Пинарским VII века, что опровергнул Иосиф Ассеманий».
(2) За 1869 год, июнь, и за 1873 год, декабрь.
(3) Труды Киевской духовной академии за 1869 год.
(4) Труды Киевской духовной академии за 1873 год.

-----------------------------------------

 


акты, находкой которых в Ватиканской библиотеке так похвалялся Фальконий. Но, к сожалению, в обеих найденных им рукописях (из коих Синайская, по его определению относится к XI—XII векам, а век Саввинской по ошибке наборщика или корректора в печатной статье не выставлен) по какой-то роковой случайности в так называемом «Ином житии» святителя Николая, именуемого здесь уже не епископом Пинарским (как в Ватиканском списке), а архиепископом Мирским, не оказалось конечных тетрадей, и поэтому, несмотря на важность находки, не было средства проверить хронологические данные Ватиканского списка. А ведь именно в этих данных и состоит вся суть, весь интерес обоих открытий — и Фалькония, и архимандрита Антонина. Сообщая об этом во всеобщее сведение, архимандрит Антонин заявил, что не теряет надежды рано или поздно найти цельный список этого «Иного жития» на греческом языке в библиотеках афинских монастырей или же найдется таковой в иных библиотеках Востока или Запада, а пока счел возможным заключить, что несомненно (?) было двое святых Николаев, Мирликийских чудотворцев, живших друг от друга на расстоянии в 200 лет: 1) святитель Николай, живший во времена императоров Диоклетиана и Константина Великого в III —IV веке, и 2) святитель Николай (из архимандритов Сионского монастыря), живший в VI веке при императоре Юстиниане.
Этого же взгляда (хотя не столь определенно и решительно) держится и высокопреосвященный Сергий, автор «Православного месяцеслова Востока». «Несомненно, — говорит он, — что в IV веке был святитель Николай Мирликийский, и было его Житие уже в V веке. Но дошло ли оно до нас в своем первоначальном виде, это еще вопрос ученой критики: в Трудах Киевской духовной академии 1873, декабрь) доказывается, что многие события в житии его взяты из жития другого святителя Николая Мирликийского, бывшего при Юстиниане (527-565). Действительно, в месяцеслове греческого Апостола XI—XII века, в Нанианской библиотеке, есть 6 декабря память другого святителя Николая при Юстиниане Великом. Смешение двух святителей более чем вероятно. Но что из жития второго перешло в житие первого, доселе решить трудно».

 


Подтверждение того, что в Метафрастовом житии святителя Николая находится смешение житий двух святых Николаев, живших в разное время, видят в повествовании о путешествии святителя Николая в Палестину и поклонении его святыням ее. Метафраст повествует, что святитель Николай, еще до гонения Диоклетиана прибыв в Палестину, посетил и поклонился святыням Иерусалима — Гробу Господню и Голгофе, и что перед ним чудесно отверзлись двери храма Воскресения, где находился Животворящий Крест Господень. Между тем, указываемые Метафрастом святые места приведены были во всеобщую известность только при Константине Великом. Мать Константина, святая царица Елена, по его приказанию отправилась в Палестину. Здесь она обрела Крест Господень, устроила храмы на Голгофе, в Вифлееме, на Елеонской горе и в Хевроне, у дуба Мамврийского. Только со времени Константина Иерусалим стал называться этим именем вместо Элии Капитолины, имени, данного ему при Адриане. Следовательно, святитель Николай в бытность свою в Палестине не мог поклоняться животворящему древу Креста Господня, так как в эту пору Крест еще не был открыт; точно так же не могли сами отверзаться перед ним и запертые двери голгофского храма, который в это время еще не существовал.
Вышеприведенное мнение архимандрита Антонина о существовании двух святителей Николаев, Мирликийских чудотворцев, живших на расстоянии двух веков друг от друга, не есть, однако же, общепринятое в нашей агиографической литературе и нашло возражения со стороны известного исследователя памятников древнерусской письменности, наместника Троице-Сергиевой лавры, архимандрита Леонида, напечатавшего в изданиях Общества любителей древней письменности и искусства два древнерусских памятника, имеющих непосредственное отношение к занимающему нас вопросу(1). Вот в каких сло-

-----------------------------------
(1)Леонид (Кавелин), архим. Житие и чудеса святителя Николая Мирликийского и похвала ему. Исследование двух памятников древнерусской письменности //Изд. Общества любителей древней письменности и искусства. СПб., 1881; Посмертные чудеса святителя Николая, архиепископа Мирликийского, Чудотворца. Памятник древней русской (продолжение – в прим. на сл. странице)

-------------------------------------

 


вах сообщает архимандрит Леонид результаты своих исследований: «Прочтя в Трудах Киевской духовной академии вышеупомянутые статьи архимандрита Антонина с тем любопытством и вниманием, с каким читаются все статьи известного своей глубокой ученостью и критическим талантом досточтимого архимандрита Антонина, мы задали себе вопрос: после того как стало теперь, благодаря архимандриту Антонину, известно, что в древней греческой письменности есть списки "Иного жития" святителя Николая Чудотворца, не может быть, чтобы оно оставалось вовсе неизвестным нашим любознательным предкам, по тому особому благоговению, которым искони пользовалось на Руси имя святителя Николая Чудотворца, о чем имеем свидетельства, идущие из глубокой древности.
"Прииди в Русь и виждь, — пишет киевлянин XI века, — яко несть града, ни села, идеже не быша чудеса многа умножена святаго Николы"(1). Задавшись этой мыслью, я пересмотрел все, что относится к лицу святителя Николая в русской письменности с древнейших времен до XVII века, и, к немалому удовольствию, вскоре обрел искомое, а именно — убедился, что "Иное житие" святителя Николая, открытое Фальконием в греческой рукописи Ватиканской библиотеки и архимандритом Антонином в библиотеках Саввинского и Синайского монастырей, было известно у нас с XI века и составляет первую половину той статьи, которая в сборниках XV и XVI веков имеет заглавие: "Жизнь и чудеса святого святителя и Чудотворца Николы, иже в Мирех". Вторая же половина этой статьи состоит из ряда посмертных чудес того же самого святителя, заимствованных из греческой же литературы — преимущественно из сочинения о святителе Николае святого Мефодия (IX век) и блаженного Метафраста (X век), и из отдельных записей чудес его, с присоединением трех
------------------------------
письменности XI века. Труд Ефрема, епископа Переяславского (по пергаменной рукописи исхода XIV века библиотеки Троице-Сергиевой лавры, №9) // Изд. Общества любителей древней письменности и искусства. СПб., 1888.
(1)Киевское чудо о детище, спасенном от потопления святителем Николаем в конце XI века.

----------------------------

 



чудес, записанных самим составителем свода сказаний "О жизни, деяниях и чудесах святителя Николая Чудотворца"». «Желательно было бы, — продолжает архимандрит Леонид, — определить время появления "Иного жития" в греческой литературе, известного ныне в трех списках: Ватиканском (открытом Фальконием), Синайском и Саввинском (открытых архимандритом Антонином), но, к сожалению, статьи архимандрита Антонина не дают на этот вопрос определенного ответа.
Век Ватиканского списка, открытого Фальконием, им не определен, тогда как знать это было бы необходимо для верного суждения о тех выводах, которые сделал архимандрит Антонин на основании этого списка. Век Саввинского списка тоже неизвестен (по вине наборщика или корректора цифры, означавшие век в рукописи архимандрита Антонина, в печатной статье не проставлены). Синайский список, по определению архимандрита Антонина, относится к XI—XII веку, следовательно — современен появлению "Иного жития" в русском переводе. Но хронологические данные русских списков "Иного жития" не оправдывают хронологии Ватиканского списка и согласны с хронологией Метафрастова жития(1). В подделке же или переделке текста сказаний, именуемых "священные", наших благочестивых предков первого периода церковной истории никто доселе не только не обличал, но и не подозревал; остается предположить, что и перевод русский "Иного жития" сделан с такого греческого списка, хронология которого шла вразрез с хронологическими данными Ватиканского списка. Это обстоятельство сильнее возбуждает желание узнать: к какому веку следует отнести список Ватиканский? Не ровесник ли он Синайского (XI век)?
И не единственный ли он в своем роде: с некоторыми перестановками в оглавлении, и со значительными сдвигами в хронологических данных? Было ли известно
------------------------------
(1)«И скончался раб Божий преподобный епископ Никола, по Божию
человеколюбию месяца декабря в 6-й (S) день, в четвертый индикта, при христолюбивом царе Константине, лето 28-е, при блаженном патриархе Макарии» //Житие и чудеса святителя Николая Мирликийского /Сообщено архимандритом Леонидом (Кавелиным). СПб., 1882. С. 76.

-----------------------------

 


это "Иное житие" греческим агиографам святителя Николая Мирликийского, Чудотворца, — святому Мефодию (IX век) и блаженному Симеону Метафрасту (X век)? На произведение святого Мефодия "Иное житие" не имело никакого влияния, так как он писал лишь о посмертных чудесах святителя. В слове "...на чудеса иже во святых отца нашего Николая, бывшего архиепископа Мирликийской епархии, бывшие по его смерти" — о чудесах, совершенных святителем Николаем при жизни, святой Мефодий говорит весьма определенно: «О тех же чудесах, которые были при жизни его, кто в состоянии рассказать?»(1) Тогда как "Иное житие" и повествует именно о жизни, деяниях и чудесах, совершенных святителем Николаем до блаженного преставления, кончаясь рассказом о нем. Относительно же Метафраста (писателя X века) можно утвердительно сказать, что "Иное житие" не только было ему известно, но что он из него позаимствовал в свой панегирик следующее: 1) имена родителей святого Николая(2); 2) сказание о том, что дядя святого, архимандрит Николай, начал строительство храма во имя Святого Сиона, а племянник кончил его и по посвящении в сан пресвитера составил при этом храме монастырь, равно о путешествии святого Николая (дяди) в святой град Иерусалим, во время коего святой Николай (племянник) управлял Сионской обителью; 3) затем приводит из "Иного жития" целиком весь рассказ о путешествии самого святого Николая во святой град Иерусалим, о чуде укрощения при том бури, воскрешении упавшего с мачты юноши (по имени Аммоний), а на обратном пути — о принуждении силой молитвы злых "корабленников" высадить его в одной из пристаней ликийских, как было условлено в начале плавания, а не в Родосе, как было хотели это сделать злые "корабленники", ссылаясь на противный ветер.
--------------------------
(1) См. статью архимандрита Антонина (Капустина) в Трудах Киевской Духовной академии за 1873 год, декабрь. С. 245, прим.
(2)  Имена родителей святителя Николая у Метафраста — по древнему Русскому переводу — те же, что и в греческих списках: Ватиканском, Синайском и Саввинском: Епифаний и Нонна; а в русском переводе «Иного жития» XI века родитель святителя Николая назван Феофаном; это последнее имя перешло и в первопечатное Житие святого Николы, а отсюда и в Четьи-Минеи.

-----------------------------

 



Но если иное житие" было известно Метафрасту в X веке, то дошло ли оно до него с теми хронологическими данными, с которыми явилось у нас на Руси в XI веке, или с хронологией Ватиканского списка? Вероятнее предположить первое, так как, описывая жизнь святителя Николая Чудотворца, прославившегося в III —IV веке при императорах Диоклетиане и Константине, Метафраст едва ли бы решился заимствовать что-либо из "Иного жития", если бы оно по хронологическим данным, содержащимся в нем, относилось к столь более позднему времени.
Во всяком случае, пока не будет в точности определен знатоками век Ватиканского списка "Иного жития", мы по сим сведениям, которые сообщены нам в статьях архимандрита Антонина, не можем считать его древнее X века и находим основание полагать, что это "Иное житие" агиографами святителя Николая — святым Мефодием и блаженным Симеоном Метафрастом — считалось уже "апокрифическим", почему первый вовсе умолчал о нем, а второй позаимствовал из сего "Иного жития" для своего произведения лишь то немногое, о чем упомянуто было выше. А посему и достопочтенный архимандрит Антонин, имея полное основание радоваться открытию им двух греческих списков "Иного жития" (Синайского и Саввинского), ввиду их неполноты (не достает конечных тетрадей, в которых должны заключаться показания о времени кончины святителя Николая), до обретения цельных списков "Иного жития", не вправе был сделать тот вывод, который сделан им во второй статье: будто бы после находки им двух греческих списков и по сличении их с Ватиканским списком, обретенным Фальконием, становится ясным существование двух святых Николаев: 1) архиепископа Мир Ликийских и исповедника Николая, современника Константина Великого, и 2) архиепископа Мир Ликийских (отчего же не епископа Пинарского, как значится ясно в Ватиканском списке?) и преподобного Николая, современника Юстиниана Великого.
Смеем полагать, что с открытием русских списков "Иного жития", современных (по происхождению) Синайскому списку (древнейший из русских списков — пергаментный, XIV века), так как хронология этих списков не оправдывает хронологических данных Ватиканского

 

 


списка, то и вывод, сделанный архимандритом Антонином на основании Ватиканского списка, из несомненного должен обратиться в сомнительный, доколе хронология Ватиканского списка не будет оправдана обретением цельного греческого списка»(1).
Нельзя не согласиться, что вышеприведенный взгляд архимандрита Леонида на то значение, какое должен иметь в понимании личности святителя Николая Мирликийского, Чудотворца, Ватиканский список «Иного жития», наиболее других свободен от крайностей и поэтому должен быть признан наиболее правильным — по крайней мере, до более полного и всестороннего изъяснения происхождения списков «Иного жития».
Благодаря тому высокому почитанию, которым пользовался в Древней Руси святитель Николай Мирликийский, Чудотворец, в нашей письменности очень рано составилась о нем значительная литература. В рукописях XV— XVI веков наряду с переводным житием Метафраста (нач. «Мудра убо некая вещь, животописец рука...») встречается и другое его житие под заглавием «Жизнь и чудеса святого святителя и Чудотворца Николы, иже в Мирех».
Первая половина его представляет редакцию «Иного жития» святителя Николая, открытого Фальконием в греческой рукописи Ватиканской библиотеки (только с иными хронологическими данными, чем в Ватиканской рукописи) и архимандритом Антонином в библиотеках Саввинского и Синайского монастырей. В этой части, состоящей из 27 глав, заключается собственно житие, деяния и (пожизненные) чудеса святителя: по мнению архимандрита Леонида, оно есть перевод древнего жития святителя Николая, написанного в V веке по Р. X. его правнуком, одним из старших братии монастыря Святого Сиона близ Мир Ликийских, созданного святителем Николаем, в коем он был первым настоятелем. Житие это может быть названо древней летописью Сионской обители, ибо в нем повествуется подробно как о самом
----------------------------
(1)Предисловие архимандрита Леонида (Кавелина) к исследованию Двух памятников древнерусской письменности XI века — «Житие и чу¬деса святителя Николая Мирликийского и похвала ему». СПб., 1881.
------------------------------

 

 


основании этой обители, так и о дальнейшей судьбе ее до самого преставления святителя, в ней погребенного.
Вторая половина его состоит из ряда посмертных чудес того же самого святителя, заимствованных из греческой литературы, преимущественно из сочинений о святителе Николае святого Мефодия, в IX веке, и блаженного Метафраста, в X веке, и из отдельных греческих записей чудес его, с присоединением двух чудес, записанных самим русским составителем свода сказаний «О жизни, деяниях и чудесах святителя Николая Чудотворца». Таким образом «Жизнь и чудеса святого святителя и Чудотворца Николы, иже в Мирех» есть памятник древней письменности не оригинальный, а переводной, за исключением трех глав чудес, несомненно русской записи. Переводчик «Жития и чудес святителя Николая...», как это видно из чудес русской записи, был киевлянин, и одно из трех записанных им чудес (собственно киевское, от иконы святителя Николая) «о некоем детищи» (спасенном от потопления в Днепре) случилось в его время. Чудо это в новгородской записи о чуде святителя Николая с князем Мстиславом относится непосредственно ко времени известного исторического события — перенесения мощей святителя Николая из Мир Ликийских в Бар-град, следовательно, к 1087 году, и никак не позднее 1091 года, так как мощи святых мучеников Бориса и Глеба, о коих упоминается в этом рассказе, в то время находились еще в Вышегороде Киевском, следовательно, это чудо случилось еще до перенесения оных на Смядыню (область Смоленская), что по летописям произошло в 1091 году. Два остальных чуда русской записи относятся к 1050—1060 годам, так как об одном чуде (с отроком боярина Епифания) сказано, что оно случилось при императоре Константине (по-видимому, Константине Мономахе, 1042—1059), а о другом (о ковре) сам описатель говорит, что оно случилось «при моей худости в Царьграде... патриарху тогда сущу Михаилу» (Михаил Керулларий, 1043—1058). Из числа описанных в этой части 14 (в некоторых списках — 15) чудес только четыре (два константинопольских и два киевских), как видно из данных, в них заключающихся, были современны русскому их описателю, однако все эти 14— 15 описаний сих чудес принадлежат перу одного и того

 

 

 


же писателя (хотя и были описаны им не в одно и то же время). Это доказывает одинаковость слога, оборотов речи и употребление местами одинаковых выражений и слов. Стоит лишь прочесть эти чудеса по древнейшему списку (а не позднейшему, XVI века, сильно поврежденному произвольными изменениями и дополнениями, что особенно заметно в московском печатном издании 1640—1642 годов), чтобы убедиться, что это есть цельное русское произведение одного и того же писателя. Речь живая, теплая, безыскусственная, не успевшая еще затемниться облаками еллинской премудрости. Мнение о цельности второй части (то есть чудес) подтверждается еще тем, что в описании киевского (последнего из 14) чуда о младенце, утопшем в Днепре, автор, как бы возвращаясь воспоминанием ко всему им вышенаписанному, влагает в уста скорбного, но глубоко верующего отца при его молитве к святителю такие выражения: «ци (разве — др. рус.) мнишь мя не ведающа твоих чудес?» И за сим, в одних списках сокращенно, а в других пространно, вспоминает почти все описанные выше чудеса. Это служит ясным доказательством того, что все эти чудеса описаны одним и тем же писателем.
Но кто же этот анонимный автор, по чувству глубокого смирения, скрывший свое имя?
Архимандрит Леонид утверждает, что составителем этого анонимного произведения был инок Печерского монастыря Ефрем, каженик (скопец — др. рус.), бывший потом епископом Переяславским и (по свидетельству некоторых летописей) временно управлявший Киевской митрополией. Боясь гнева великого князя Изяслава за самовольное пострижение у преподобного Антония, Ефрем из Киева удалился в Царьград и, прожив там около 18 лет (1055—1073), записал два чуда, случившиеся при нем (о ковре и отроке боярина Епифания), равно как и прочие посмертные чудеса святителя Николая, о которых он частью читал в греческих записях, а более узнал из устных рассказов благочестивых и книжных мужей. Тогда Же, движимый чувством особенной преданности святителю Николаю, он перевел с греческого древнее житие его (V век). С наибольшей вероятностью, по мнению архимандрита Леонида, Ефрема следует признать автором

 

 



и других двух произведений, помещающихся в древних сборниках обыкновенно непосредственно после «Жизни и чудес святого святителя и Чудотворца Николы, иже в Мирех», именно: «Повести о перенесении мощей святителя Николы» и «Слова похвального святого Николы».
Наряду с книжными, искусственными по изложению сочинениями о святителе Николае, каковы указанные выше Метафрастово и «Иное житие», в нашей письменности (в рукописях XV—XVI веков) была распространена некнижная редакция Жития, представлявшая простую обработку жития святителя, приспособленную к пониманию некнижного большинства, и вместе с тем, по замечанию проф. Ключевского, представлявшая собой одно из курьезнейших явлений в древнерусской литературе. (Заглавие его: «Слово иже во святых отца нашего Николы о житии его, и о смерти его, и о погребении его». Начало: «Благословен еси, Господи Иисусе Христе, Боже наш, дивная и неизреченная твориши чудеса во всей земли, прославил еси светлый праздник святого Николы. Мы же, братие, прославим тую землю, где жил святой Никола, на имя Миры Ликийския митрополия, а в наших русских странах весь род христианский память его честную в нынешний день светло празднуем...»)
Ничего определенного нельзя сказать о времени и месте происхождения этой редакции, говорит проф. Ключевский(1). По известным нам спискам видно только, что она ходила уже по рукам в конце XV или начале XVI века. Сличая эту редакцию с редакциями Метафрастова и «Иного жития», находим в них очень мало общего, есть даже прямые противоречия. (Так, по переводному Житию, святитель Николай, окончив свое образование, становится пресвитером и служит в монастыре Святого Сиона, построенном его дядей, откуда потом Собор местных епископов возводит его на Мирликийский архиепископский престол; по русской же редакции, святой Николай в 14-летнем возрасте покидает отечество и много лет странствует по разным землям, приходит, наконец в Миры, и здесь патриарх Иерусалимский поставляет его «епископом во всей Ликии».)
--------------------------------
1Ключевский В. О. Древнерусские жития святых как исторический источник. М., 1871. С. 217—220.

---------------------------------

 

 

 

 


Содержание русской редакции отличается сильной легендарностью, и половина его занята рассказами о странствовании святителя Николая по Армении, Сирии и другим странам, о распространении им христианства, об исцелениях и борьбе с бесами. С первого раза, говорит проф. Ключевский, можно подумать, что в нашей редакции описывается жизнь не Мирликийского святого, о котором рассказывает Метафрастово житие. Однако ж есть прямые указания на то, что предметом этой биографии был тот самый Чудотворец Николай, память которого празднуется 6 декабря, который присутствовал на Первом Никейском Соборе и который «в латынских землях телом лежит».
Ближайший источник этой русской редакции находим в «Повести о погребении святителя Николая», которая была распространена у нас уже в XV веке. (Начало: «Благословен еси, Господи Иисусе Христе, Боже наш, Иже дивная и неисследованная дела творя, Иже в род и род возвеличил еси светлое и всепразднственное святого Николы собрание. Люди, племена, языцы и все достоинство и многособранный, и любопразднственный соборе Мирликийския митрополии, и весь род человеческий светлую и всепразднственную память святого Николы днесь пра-зднуем».) Повесть написана совершенно книжно, церковно-славянским языком с примесью греческих слов и оборотов, отзывающихся буквальным переводом с греческого. В одном списке, сохранившем, по-видимому, первоначальный вид повести, есть неясный намек на ее происхождение: в молитве о греках-христианах в Азии, подвергнувшихся варварскому нашествию, святитель Николай просит у Бога: «Даждь сподоление роду греческому и болгарскому». Отсюда проф. Ключевский делает предположение, что она южнославянского происхождения.
Русская повесть о святителе Николае есть простое переложение упомянутого сейчас церковно-славянского сказания, изредка сокращающее рассказ подлинника. Впрочем, если церковно-славянская повесть явилась к нам в том составе, какой имеет она в упомянутом списке, с указанием на болгарскую ее редакцию, то русский редактор внес в свое переложение этой повести две прибавки: рассказ об участии святителя Николая в заседаниях

 

 

 

 


Никейского Собора с любопытными легендарными подробностями, источник которых трудно определить, и заключительное обращение к русским сынам и дщерям, имеющее вид похвалы святому.
В XVI веке всероссийским митрополитом Макарием был предпринят и осуществлен труд собрания воедино сказаний о жизни и чудесах канонизированных в Православной Церкви святых — сказаний, до этих пор вращавшихся в разрозненных рукописях и рукописных сборниках. Появились макарьевские Четьи-Минеи, представлявшие собой сборник русской агиографии до XVI века.
В частности, в «Житии святителя Николая Мирликийского, Чудотворца», у митрополита Макария собрано все, что агиографическая литература до его времени содержала в рукописях и рукописных сборниках о сем великом святителе. У него находятся, во-первых, Метафрастово житие Угодника Божия, начинающееся словами: «Мудра некая вещь...»; во-вторых, список «Иного жития» (начало: «Благослови Бог во дни прежние взыскати писания...»); и в-третьих, посмертные чудеса святителя Николая (печатающиеся в Прологе и службе великому Угоднику). Кроме того, там же помещены: Слово похвальное святого Николы (начало: «Се, наста, братие, светлое празднество предивного отца нашего Чудотворца Николы...»); Слово на перенесение мощей святителя Николая (начало: «Присно убо должни есмы, братие, праздники Божия творяще и честь держати...») и несколько редко встречающихся слов, например, о милостыне(1).
В 1640 году по повелению царя Михаила Феодоровича появилось первое печатное издание жития святителя Ни¬колая Мирликийского, Чудотворца, под заглавием: «Службы и житие и чудеса святителя Николая Чудотворца» (Москва, 1640 in 4° — в четверть бумажного листа). Оно содержит в себе 34 главы, как и теперь в печатающихся службах с житием святителю Николаю. Житие в нем помещено Метафрастово: «Мудра некая вещь...»
----------------------------
(1) См. Подробное оглавление Великих Четьих-Миней Всероссийского Митрополита Макария, хранящихся в Московской Патриаршей (ныне Синодальной) библиотеке. М., 1892. Составил архимандрит Иосиф (Левицкий).

----------------------------

 

 

 

 



Московское первопечатное издание «Служб и жития святителя Николая Мирликийского, Чудотворца», перепечатывалось много раз без всяких изменений в Москве и с некоторыми, весьма незначительными, — в других городах: Киеве, Чернигове, Супрасле, Львове и Вильне. Наиболее полным является житие со службами святителю Николаю, изданное в Киеве в 1680 году.(1) Сравнительно с московским первопечатным изданием здесь находится несколько новых чудес (в позднейших изданиях выпущенных), каковы: об иконе святителя Николая, юже жидовин дал себе написати и вручил ей свои все вещи и отыде в путь; о злате, от жидовина некоему христианину взаим данном, и др.
Первым, подвергшим бытовавшие в древней русской агиографической письменности жития святых основательной исторической проверке и переработке, был митрополит Ростовский Димитрий. В основу жития святителя Николая Мирликийского, Чудотворца, у него положено Метафрастово житие. Но он не перевел его и не поместил целиком, а составил свое — «из Метафраста и иных взятое».
Составленное святителем Димитрием Ростовским «Житие святителя Николая Мирликийского, Чудотворца», в дальнейшей нашей агиографической популярной литературе (таковы, например, популярные издания «Жития святителя Николая», составленные М. Толстым, Протопоповым, С. Дестунис, А. Невским и др.) является уже без всякой сколько-нибудь значительной переработки. Следует, впрочем, указать на один опыт изложения
---------------------------------
(1) В начале (перед службами) находится изображение святителя Николая с благословляющей правой рукой и Евангелием в левой руке. Вверху, по сторонам, изображены Спаситель, подающий ему Евангелие, и Богоматерь — святительский омофор. Перед житием святителя (Метафрастовой редакции, с некоторыми очень незначительными отступлениями от московского первоначального издания) находится другое изображение святителя Николая с мечом в правой руке и кораблем в левой. Вверху, по сторонам, также Спаситель и Богоматерь с Евангелием и омофором. На полях — миниатюрные изображения событий из жизни святителя: рождение святого Николая, крещение, обучение грамоте, посвящение во пресвитера, явление во сне царю Константину и преставление.
---------------------------------
 

 

 

 

 


жития святителя Николая, представляющий собой значительно большее, чем простое переложение «Жития» святителя Димитрия Ростовского. Это — «Жизнь святителя Христова Николая, архиепископа Мир Ликийских, Чудотворца», составленная преосвященным Неофитом(1). Жаль только, что в то время вопрос о личности святителя Николая (по поводу открытых Фальконием и архимандритом Антонином списков «Иного жития») не был поставлен в той острой форме, как теперь, и преосвященному Неофиту не пришлось высказать свой решительный взгляд на этот спорный вопрос нашей агиографической литературы(2).
В основу рассказа о перенесении мощей святителя Николая из Мир Ликийских в Бар-град положено сказание одного из очевидцев этого события — западного писателя Никифора: «Пролог, составленный наименьшим из клириков Никифором на перенесение святого Николая исповедника»(3). Это барградское сказание Никифора (по которому со значительными сокращениями составлено и «Сказание повести, еже о перенесении честных мощей иже во святых отца нашего Николая, архиепископа града Миры», помещаемое при службе святителю) занесено в римский мартиролог под 9 мая и считается за подлинное и общепринятое в Римской Церкви. В русском переводе
-------------------------------------
(1) Неофит (Неводчиков), архиеп. Житие святителя Христова Николая, архиепископа Мир Ликийских, Чудотворца // Одесский воскресный листок. 1876 г.; Воскресный день. 1890 г.
(2) По отрывочным замечаниям, не составляющим, впрочем, результата обстоятельного исследования данного вопроса, преосвященный Неофит склонен признавать согласно с архимандритом Антонином двух святителей Николаев чудотворцев: одного — Мирликийского, другого — Пинарского, причем некоторые черты из жизни Николая Пинарского, умершего в начале VI века, например: сказания о трехчасовом стоянии новорожденного Николая в купели, о путешествии его в Палестину и поклонении святым местам, по мнению преосвященного Неофита, перешли у Метафраста в житие Николая Мирликийского, Чудотворца и таким образом образовали анахронизм (о поклонении святителя Николая святыням Палестины).
(3)  Фальконий издал это сказание с Ватиканского рукописного кодекса №6074, считая его более верным или, по крайней мере, любопытным, чем известное сказание о том же предмете Иоанна, архидиакона барского, написанное им для епископа Барского Урсона; оба писателя были современники события.

---------------------------------------

 

 

 

 


сказание Никифора о перенесении мощей приведено в статье архимандрита Антонина (Капустина) «Перенесете мощей святителя и Чудотворца Николая из Ликии в Италию»(1).
Кроме сказания Никифора (причем в нужных случаях делаются выдержки из сказания Иоанна, архидиакона барградского), в статье архимандрита Антонина помещен в русском переводе рассказ венецианского писателя — Иордана, монаха францисканского (миноритов) ордена, жившего в первой половине XIV столетия. По этому рассказу, мощи были перенесены из Мир в 1097 году не в Бар, а в Венецию. По мнению архимандрита Антонина, весь этот рассказ — выдумка честолюбивой Венецианской республики, не хотевшей уступить славы приобретения святых мощей великого Чудотворца торговцам ничтожного города безвестной Апулии.
Некоторые, впрочем, находят возможным признать оба сказания истинными. К числу последних принадлежит А. Красовский, составивший специальное исследование под заглавием: «Установление в Русской Церкви праздника 9 мая в память перенесения мощей святителя Николая из Мир Ликийских в Бар-град». В этой статье А. Красовский, между прочим, находит возможным признать истинным наряду с барградским (Никифора) и сказание Иордана, исходя из того что, поскольку были два святителя Николая — один в IV, а другой в VI веке, — могло быть и два перенесения мощей: одного святителя Николая перенесли баряне в 1087 году, другого — венециане в 1097 году. Но и в этом случае оставалось бы труднообъяснимым совпадение многих частностей в том и другом рассказе. Такое толкование уже по тому имеет мало достоверности, что существование двух святителей Николаев, живших один от другого на расстоянии в два века, еще не доказано, а некоторыми, например архимандритом Леонидом (Кавелиным), отвергается. Если выбирать между двумя сказаниями — барградским и венецианским, то несомненно, первое имеет более достоверности.
-------------------------------
(1) Иерусалим 9 мая 1870 г. Труды Киевской духовной академии за 1870 год. 2-я ч., май. С. 396-427.
(2) Труды Киевской духовной академии за 1874 год, декабрь. С. 521-585.

-------------------------------

 

 

 

 



Кроме приведенных писателей — Никифора и Иоанна, архидиакона барградского, это утверждает и Сигеберт (1030—1112) в своей хронике. Последний так рассказывает о 1031-м годе: «В то время как венециане рассуждали о том, чтобы взять тело блаженного Николая из Мир Ликийских, разоренных турками, баряне в числе 47 человек, идя из Антиохии к Мирам, предупредили их. Они принудили находившихся там четырех монахов указать гроб и, разломав его, вынули оттуда кости святителя Николая, плававшие в масляной влаге, и перенесли со славой в Бар в 1087 году» (по указаниям архимандрита Антонина Капустина).
Когда в России был установлен праздник в честь перенесения мощей святителя Николая, приуроченный к 9 мая? Несомненно, в очень непродолжительном времени после самого перенесения, так как вообще время установления праздника в память какого бы то ни было церковного события, оказывающего сильное впечатление на верующих, не может отойти далеко от того времени, когда оно произошло. Но в наших летописях и списках год перенесения мощей показывается различно: 1087-й (в летописи Густынской), 1088-й (в 3-й Новгородской), 1089-й (в летописи Никоновской и Степенной книге), 1095-й и 1096-й (в списках Слова №№ 69, 2 и 4 библиотеки митрополита Макария). Ближайшим к истине представляется 1087 год, на каковой согласно указывают и западные писатели об этом предмете (за исключением Иордана, относящего его к 1097 году). Принять 1087 год годом перенесения мощей из Мир в Бар побуждает и то обстоятельство, что, по сказанию, прибытие в Бар-град с мощами произошло 9 мая, в воскресенье, каковые день и число из всех указываемых в летописях и списках годов совпадают только в 1087 году (Пасха была 28 марта). Но никак нельзя признать ни 4-го, ни 5-го показаний, потому что к 1095—1096 годам великий князь Киевский Всеволод, при котором, по славянскому сказанию, произошло перенесение мощей, уже скончался (+ 1093).
При каком митрополите был установлен на Руси этот праздник? Мнения об этом разделяются. Преосвященный Филарет (Гумилевский), архиепископ Черниговский, историк Н. М. Карамзин и из новейших архимандрит Лео-

 

 

 



нид (Кавелин), наместник Троице-Сергиевой лавры, установление его приписывают митрополиту Ефрему, управлявшему Киевской митрополией между Иоанном III и Николаем (1091 — 1097). Другие — Захария Копыстенский(1), митрополит Макарий (Булгаков), А. Красовский — относят учреждение его к митрополиту Иоанну 11 (1077— 1089). Последние имеют за собой основание в Никоновской летописи, которая одна из всех упоминает об имени нашего митрополита, при котором совершилось перенесение мощей святителя Николая, и называет этого митрополита Иоанном.
Почему и в нашей Церкви установлен был праздник в память перенесения мощей святителя Николая? Не вследствие ли единения ее с Римской и подчинения папе, как утверждали некоторые западные писатели и к чему склонялся даже наш историограф Карамзин?(2)
Но два послания митрополита Иоанна II, при котором, можно думать, установлен у нас этот праздник, равно направленные против латин, и притом три послания митрополита Никифора (1104—1121), непререкаемо свидетельствуют, что предполагаемого единения и подчинения папе тогда не было. С другой стороны, неизвестно, что папа Урбан II установил праздник 9 мая для всей своей Церкви, а не для одной только Апулии как праздник местный; напротив, известно, что в некоторых странах, подведомых Римскому епископу, праздник этот вовсе не был введен.
Следовательно, тем более странно предполагать, будто У нас он введен по распоряжению папы. Главными же побуждениями к установлению праздника 9 мая в честь перенесения мощей святителя Николая служили, во-первых, глубокое уважение к святителю Николаю, издавна господствовавшее на всем Востоке и из Греции перешедшее в Россию; во-вторых, еще более, весть о многочисленных чудесах, какими сопровождалось перенесение мощей из Мир Ликийских в апулийский город Бар, где жили еще христиане православного исповедания,
----------------------
(1) Палинодия. Ч. III, разд. II, артик. 1.
(2) Карамзин Н. М. История государства Российского. Изд. 2, 1818. Т. II.
---------------------

 

 

 

 

 

 

 


Подведомые Царьградскому патриарху, хотя находились уже и латиняне; и наконец, то важное обстоятельство, что во время самого перенесения мощей святителя Николая, архиепископа Мирликийского, Чудотворца, он и в Киеве совершил разные чудеса и, между прочим, чудо с утопшим в Днепре младенцем, сделавшееся известным митрополиту и изумившее всех жителей(1).
------------------------
(1 )Макарий (Булгаков), митрополит. История Русской Церкви. 1861. Т.II. С.240-241.

-----------------------

 

 

 



Главная |  Житие |  Чудеса |  Иконы |  Молитвы |  Разное